АннотацияРецензию на первый том труда архимандрита Хрисанфа автор начинает с критического анализа состояния современной русской духовной литературы, отмечая ее оторванность от запросов общества и преобладание сухого догматизма. В этом контексте работа архимандрита Хрисанфа оценивается как благоприятный поворот, знаменующий переход к научно-историческому и психологическому исследованию религиозных феноменов. Рецензент подчеркивает, что автор стоит на высоте требований современной исторической науки, избегая чисто полемических задач и сосредотачиваясь на глубоком психологическом анализе внутренней логики и смысла древних верований. Особо отмечается научная методология автора, который для опровержения рационалистических трактовок (например, Ренана) использует детальный сравнительный анализ, выявляя принципиальные различия между христианством и восточными религиями, такими как буддизм. К достоинствам книги также отнесены художественность и ясность изложения, превращающие описание религий Востока в увлекательные психологические характеристики. Труд охватывает религии Китая, Японии, Индии, буддизм и зороастризм, предлагая их классификацию на основе содержания. Рецензент уверен, что книга будет востребована всеми мыслящими читателями, интересующимися глубинными вопросами человеческого духа. |
Ключевые словаАрхимандрит Хрисанф, богословская литература, религии древнего мира, христианство, религии Востока, китайская религия, японская религия, индийская религия, буддизм, зороастризм, Эрнест Ренан, Людвиг Фейербах, язычество, политеизм |
Список исторических лиц• Архимандрит Хрисанф (Архимандрит Хрисанф) — ректор Санкт-Петербургской духовной семинарии; • Ренан (Эрнест Ренан) — французский философ и историк религии; • Фейербах (Людвиг Андреас Фейербах) — немецкий философ-материалист и атеист. |
Список географических названий• Восток; • Запад Европы; • Китай; • Япония; • Индия; • Иран; • С.-Петербург. |
Основные положения• Современная русская духовная литература, страдающая оторванностью, догматизмом и сухостью изложения, не выполняет своей задачи по нравственному пробуждению общества, погруженного в утилитаризм и апатию: «Господствующая черта въ жизни современнаго русскаго общества — это отсутствiе идеальнаго элемента и исключительное преобладанiе узкихъ практическихъ интересовъ... Къ сожалѣнiю, издаваемые у насъ журналы и книги духовно–нравственнаго содержанiя мало отвѣтствуютъ этому важному назначенiю... во всѣхъ этихъ изданiяхъ преобладаетъ сухое, догматическое направленiе, превращающее богословскую науку въ сложную и сухую систему знанiя...». • Труд архимандрита Хрисанфа представляет собой благотворный поворот в богословской литературе, поскольку автор, следуя требованиям современной исторической науки, ставит во главу угла не полемическое обличение, а глубокий психологический и исторический анализ религиозных феноменов: «Книга... знаменуетъ собою весьма благопрiятный поворотъ въ направленiи нашей богословской литературы... Нашъ историкъ религiй не слѣдуетъ примѣру прежнихъ писателей... которые занимались... обличенiемъ "ложныхъ" религiй... Почтенный архим. Хрисанѳъ стоитъ на высотѣ требованiй современной истор. науки; для него важно не обличенiе... для него существенное значенiе имѣетъ глубокiй психологическiй интересъ, лежащiй въ основѣ религiозныхъ вѣрованiй древности; это историкъ-мыслитель...». • Автор книги опровергает рационалистические попытки (например, Ренана) сблизить христианство с языческими верованиями, используя строгий научный инструментарий — сравнительный анализ, который выявляет принципиальные различия: «...чтобы опровергнуть то или другое рацiоналистическое сужденiе, авторъ дѣйствуетъ чисто научнымъ орудiемъ — анализомъ. Такимъ образомъ, на попытку, напр., Ренана привести въ родственную связь мораль христiанскую съ буддiйскою — авторъ отвѣчаетъ подробнымъ анализомъ нравственныхъ принциповъ буддизма, — въ результатѣ котораго... оказывается радикальная противоположность между христiанствомъ и буддизмомъ...». • Художественность, ясность и психологическая глубина изложения делают книгу архимандрита Хрисанфа не только научным трудом, но и увлекательным чтением, способным запечатлеться в сознании мыслящего читателя: «Къ этой общей характеристикѣ... слѣдуетъ прибавить еще одну черту: это художественность изложенiя. Благодаря этой особенности талантливаго автора, религiи Востока представляютъ рядъ психологическихъ характеристикъ, малѣйшiя подробности которыхъ запечатлѣваются въ умѣ читателя... изложенiе проникнуто энергiею и глубиною чувства...». • Структура и содержание книги (анализ общего характера язычества, происхождения религии, классификация и детальный разбор религий Китая, Японии, Индии, буддизма и Ирана) демонстрируют системный научный подход: «...авторъ изслѣдуетъ, въ видѣ отдѣльныхъ трактатовъ, слѣдующiе вопросы: 1) Общiй характеръ язычества и его виды... 2) Первоначальный видъ религiи... 3) Частнѣйшее разсмотрѣнiе религiозныхъ системъ язычества... 4) ...самое изложенiе религiй древняго Востока... именно въ слѣдующемъ порядкѣ: 1) религiя Китая... 2) секты въ Китаѣ и религiя Японiи; 3) религiя Индiи; 4) буддизмъ, и 5) религiя Ирана...». |
|---|
25
Религiи древняго мiра въ ихъ отношенiи къ христiанству. Историческое изслѣдованiе. Томъ первый. (Религiи Востока). Архим. Хрисанѳа, ректора с.–петерб. дух. семинарiи. СПб. 1873.
Господствующая черта въ жизни современнаго русскаго общества — это отсутствiе идеальнаго элемента и исключительное преобладанiе узкихъ практическихъ интересовъ. При такомъ настроенiи нашего общества, послѣднее нуждается въ сильномъ моральномъ воздѣйствiи, которое пробуждало бы въ немъ стремленiя идеальныя, духовныя. Казалось бы роль подобнаго возбудителя въ средѣ нравственно усыпленнаго общества всего естественнѣе взять на себя нашей духовной литературѣ, которая, по самой идеѣ своей, должна быть проводникомъ религiозно–нравственныхъ истинъ въ общественное сознанiе. Къ сожалѣнiю, издаваемые у насъ журналы и книги духовно–нравственнаго содержанiя мало отвѣчаютъ этому важному назначенiю. Въ большинствѣ случаевъ, эти изданiя преслѣдуютъ однѣ лишь спецiально–богословскiя цѣли, не соображаясь съ потребностями читателей, которые, не будучи богословами, тѣмъ не менѣе желали бы имѣть твердыя убѣжденiя въ томъ или другомъ вопросѣ изъ сферы богословiя. Притомъ, во всѣхъ этихъ изданiяхъ преобладаетъ сухое, догматическое направленiе, превращающее богословскую науку въ сложную и сухую систему знанiя, — что, при нынѣшнемъ повсемѣстномъ отвращенiи къ дiалектикѣ, дѣлаетъ наши богословскiя книги для мыслящихъ людей чѣмъ то неудобочтимымъ...
Книга, заглавiе которой мы выписали, знаменуетъ собою весьма благопрiятный поворотъ въ направленiи нашей богословской литературы... Нашъ историкъ религiй не слѣдуетъ примѣру прежнихъ писателей о языческихъ религiяхъ, которые занимались не изслѣдованiемъ религiозно–историческаго матерiала, а обличенiемъ «ложныхъ» религiй, преслѣдуя исключительно полемическiя цѣли и, въ этихъ видахъ, стараясь пригонять факты къ заранѣе составленной теорiи. Почтенный архим. Хрисанѳъ стоитъ на высотѣ требованiй современной истор. науки; для него важно не обличенiе языческихъ религiй, — для него существенное значенiе имѣетъ глубокiй психологическiй интересъ, лежащiй въ основѣ религiозныхъ вѣрованiй древности; это историкъ–мыслитель, для котораго самое главное — уразумѣнiе смысла религiозныхъ явленiй. Ненормальныя проявленiя религiознаго сознанiя, на его взглядъ, представляютъ предметъ интересный, прежде всего, въ психологическомъ отношенiи, какъ для физiолога патологическiя измѣненiя въ организмѣ... Авторъ всячески избѣгаетъ крайностей полемики, хотя и не упускаетъ изъ виду цѣлей полемическихъ, особенно въ виду попытокъ со стороны новѣйшихъ представителей пантеизма и матерiализма (каковы напр. Ренанъ и Фейербахъ), направленныхъ къ сопоставленiю древнихъ языческихъ вѣрованiй съ христiанскими взглядами. Но онъ считаетъ не нужнымъ какiя бы то ни было искусственныя подпорки для поддержанiя христiанства, какъ несовмѣстныя съ достоинствомъ послѣдняго. Чтобы опровергнуть то или другое рацiоналистическое сужденiе, авторъ дѣйствуетъ чисто научнымъ орудiемъ — анализомъ. Такимъ образомъ, на попытку, напр., Ренана привести въ родственную связь мораль христiанскую съ буддiйскою — авторъ отвѣчаетъ подробнымъ анализомъ нравственныхъ принциповъ буддизма, — въ результатѣ котораго (анализа) оказывается радикальная противоположность между христiанствомъ и буддизмомъ, между Христомъ и Шакiя–Муни... Къ этой общей характеристикѣ разсматриваемаго сочиненiя слѣдуетъ прибавить еще одну черту: это художественность изложенiя. Благодаря этой особенности талантливаго автора, религiи Востока представляютъ рядъ психологическихъ характеристикъ, малѣйшiя подробности которыхъ запечатлѣваются въ умѣ читателя. Складъ рѣчи у автора аналитическiй (какъ и складъ мышленiя) даетъ автору возможность выражать тончайшiе оттѣнки мысли; изложенiе проникнуто энергiею и глубиною чувства... по мѣстамъ чувствуется даже присутствiе драматическаго элемента — плодъ глубокаго знанiя человѣческой природы...
Мы увѣрены, что книга автора будетъ прочитана съ удовольствiемъ всѣми мыслящими людьми, въ которыхъ грубый утилитаризмъ не подавилъ интереса къ высочайшимъ проблемамъ человѣческаго ума.
Считаемъ долгомъ познакомить читателей, хотя въ сжатомъ видѣ, съ самымъ содержанiемъ этой замѣчательной книги.
Послѣ небольшаго вступленiя, въ которомъ показано значенiе вопроса о древнихъ языческихъ религiяхъ въ исторической и богословской наукѣ и положенiе этого вопроса на Западѣ Европы и у насъ, — авторъ изслѣдуетъ, въ видѣ отдѣльныхъ трактатовъ, слѣдующiе вопросы: 1) Общiй характеръ язычества и его виды, гдѣ, послѣ общей характеристики язычества, представленъ точный анализъ всѣхъ ступеней религiозныхъ воззрѣнiй, пройденныхъ древнимъ человѣчествомъ. 2) Первоначальный видъ религiи. Здѣсь авторъ подвергаетъ разсмотрѣнiю весьма трудный и сложный (съ исторической и психологической точки зрѣнiя) вопросъ о происхожденiи языческаго политеизма, совмѣстно съ вопросомъ о происхожденiи религiи вообще, — въ виду сужденiй, высказываемыхъ мыслителями пантеистическаго и натуралистическаго направленiя. 3) Частнѣйшее разсмотрѣнiе религiозныхъ системъ язычества. Планъ и порядокъ изслѣдованiя. Въ этомъ отдѣлѣ указываются недостатки существующихъ основанiй для классификацiи религiозныхъ системъ язычества и приводится основанiе, которому слѣдуетъ авторъ, т. е. классификацiя религiй на основанiи ихъ содержанiя. Затѣмъ 4) слѣдуетъ самое изложенiе религiй древняго Востока въ послѣдовательности, соотвѣтствующей достоинству ихъ содержанiя, — именно въ слѣдующемъ порядкѣ: 1) религiя Китая (самая безсодержательная изъ языческихъ религiй); 2) секты въ Китаѣ и религiя Японiи; 3) религiя Индiи; 4) буддизмъ, и 5) религiя Ирана или Зороастрова.
________