ШИЛО ВЪ МѢШКѢ, А ГРѢХЪ НА СОВѢСТИ НЕ УТАИШЬ Однако, какъ поглядитъ онъ на молодую бабенку, что осталась одна–одной на бѣломъ свѣтѣ, поглядитъ ину–пору на малаго ребенка, что̀ родился на свѣтъ сиротою, безъ отца, какъ поглядитъ еще и на старую хозяйку свою, которая со дня на день стала разорятся, когда украли у нея послѣднее, что было и чѣмъ торговала, добывала себѣ хлѣбъ — да какъ вспомянетъ еще къ этому, что онъ всему виной и причиной, — такъ тяжело ему становится на̀ сердцѣ, словно камень лежитъ на груди. |
