АРХИСТРАТИГЪ — Ну, говорю, кто Богу не грѣшенъ, Царю не виноватъ, однако, я былъ не изъ первыхъ гулякъ: не то, чтобы все прокутилъ, а помнилъ и своихъ. Вотъ теперь и пришелъ домой, да коли дастъ Богъ застану кого въ живыхъ, а, надо быть, двѣ сестры мои ужь подросли, такъ я ихъ и уважу, по червончику, другому имъ на приданое принесу. |