ЛЕЗГИНЕЦЪ АССАНЪ. Гости пожаловали къ намъ. — Твои-ли лошади? Нѣтъ, — отвѣчалъ жидъ, — не мои. Ихъ перемѣнили, — говоритъ доноситель, — я видѣлъ другихъ. — Но ты узнаешь человѣка, этотъ ли ограбилъ тебя? — Жидъ конечно узнавалъ меня, но страшно боясь и долго всматриваясь въ мое лице изъ подлобья, онъ съ трепетомъ объявилъ, что былъ смертельно испуганъ тогда, и никакъ не можетъ вспомнить точно–ли я, или кто другой остановилъ ихъ. |