ЛЕЗГИНЕЦЪ АССАНЪ. А мы, войско и народъ, всѣ, его покойнаго крѣпко любили, потому что всѣ знали и видѣли ясно, что онъ былъ Царь могучiй, истинно–русскiй, православный! Да какъ вспоминалъ я еще, что Царь этотъ былъ благодѣтель мой и отецъ, что подъ Его могущественной рукой на Его великой землѣ, Господь переродилъ меня тѣломъ и просвѣтилъ мнѣ душу, и открылъ мнѣ двери спасенiя и Царства Небеснаго Св. Крещенiемъ, — какъ случилось все это, — говорю я, — то сжалось мое сердце такою болью, что сказать невозможно! |
