БИКЕЙ И МАУЛЯНА въ заключенiе, просили помощи, сами не зная какой, сказывали, что неурожай послѣднихъ годовъ, вогналъ пудъ муки́ въ тилла, то есть до 16 рублей; что они гибнутъ голодомъ, особенно старики, которые, пробывъ въ плѣну и тяжкой работѣ лѣтъ сорокъ и болѣе, нынѣ, при дряхлости своей, брошены хозяевами, по случаю дороговизны, безъ всякаго призрѣнiя, на произволъ судьбы, называли себя: напрасно и невинно страждущими вѣрноподданными Бѣлаго Царя христiанами, погибающими въ рукахъ невѣрныхъ масурманъ: слово, составленное писцемъ вѣроятно изъ басурманъ и мусульманъ; поручали себя и ду́ши свои молитвамъ единовѣрцевъ своихъ и пребывали, по отпускѣ письма́ сего, во ожиданiи великихъ милостей, богомольцами; за симъ слѣдовало десятка два различныхъ подписей, и при каждой прежнее званiе и родина плѣнника, напримѣръ: казаки Островно́й станицы Павелъ Зайцевъ съ сыномъ; астраханскiй мѣщанинъ Егоръ Щукинъ; служащiй казакъ Иванъ Печоркинъ; отставной солдатъ Андрей Ереминъ и другiе. |