Кафедра прикладной математики и кибернетики ПетрГУ
 Кафедра русской литературы ПетрГУ
 Российский гуманитарный научный фонд
 Проект «Электронный словарь языка В. И. Даля»
Кафедра прикладной математики и кибернетики ПетрГУ Кафедра русской литературы ПетрГУ Проект выполнен при поддержке РГНФ Проект «Электронный словарь языка В. И. Даля»
 
Толковый словарь Владимира Даля
Введите словоформу для поиска в текстах словарных статей Толкового словаря:
Выберите букву, с которой начинается слоформа:
А Б В Г Д Е Ж З И I К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Ѣ Э Ю Я Ѳ Ѵ
Заголовок словарной статьи
Карточки
Конкордансы
Словарные статьи
Найденные фрагменты произведений:
231

БОГАТЫРСКIЯ МОГИЛЫ

Разныя вещи, награбленныя имъ и также отысканныя теперь въ пещерѣ, снесли въ костеръ и сожгли; пещеру же завалили каменьями и засыпали землей; а нынѣ никто даже не можетъ указать и мѣста, гдѣ была эта пещера. За тѣмъ народъ отвелъ проклятаго Ягсу опять на то мѣсто, гдѣ онъ был полоненъ, отрубили ему тамъ голову, свалили въ яму, пробили между лопатками осиновымъ коломъ и засыпали землей. Вотъ, по разсказамъ ижемцевъ, происхожденiе небольшаго кургана, о которомъ мы говорили, на который по нынѣшнiй день, каждый прохожiй бросаетъ, что ему попадется подъ руку. Замѣчательно, что здѣсь дѣлается это въ проклятiе и поношенiе злодѣю, тогда какъ въ двухъ другихъ описанныхъ нами случаяхъ, обычаемъ этимъ почитается память богатырей добродѣтельныхъ. Можетъ быть, впрочемъ, это надо понимать и такъ, что робкiе ижемцы воздаютъ Ягсѣ почетъ отъ одного только суевѣрнаго страха.

232

ЗАПИСКИ ИНСТИТУТКИ

княгиня Кочубей, Канкрина, урожд. Муравьева, Сухарева, кажется, Лонгинова, другихъ не припомню. Кромѣ внѣшняго и внутренняго управленiя, члены слѣдили за ученьемъ, за способомъ преподаванiя, слушали чтенiя учителей и сами задавали дѣтямъ вопросы; говорятъ, что и государыня занималась наравнѣ съ другими. Вскорѣ понадобилось увеличить заведенiе, для чего однако средства жертвовательницъ оказались недостаточными, и покойный Императоръ Александръ, по просьбѣ супруги своей, положилъ основанiе Патрiотическому Институту, а при ИМПЕРАТОРѢ Николаѣ, составъ института увеличенъ на счетъ Комитета Раненыхъ, который обязался вносить изъ своихъ суммъ на воспитанiе дѣтей военныхъ чиновъ, находящихся подъ его покровительствомъ. Не смотря на видоизмѣненiе института, въ немъ остался, такъ сказать, прежнiй семейный строй: дамы благотворительницы прiѣзжали по старому, Царица навѣщала его во всякую пору дня, входила во все, но преимущественно обращалась между дѣтей, разспрашивала о томъ, что безъ нея случалось замѣчательнаго, о родителяхъ, о томъ, кого дѣти болѣе любятъ изъ классныхъ дамъ, кого изъ учителей, и за что.

233

ЗАПИСКИ ИНСТИТУТКИ

Неуспѣло дитя договорить своей просьбы, какъ нѣсколько голосовъ закричало: — и намъ, и намъ также! Государыня разсмѣялась, сказавъ, — развѣ вы не знаете, дѣти, повѣрiя, что булавками не дарятся? — Знаемъ, знаемъ, закричали всѣ въ голосъ, — но мы, Государыня, никогда не поссоримся съ Вами; мы скорѣе всѣ умремъ за Васъ! Мы Васъ обожаемъ, какъ никто никого и никогда не обожалъ! Вскорѣ Государыня, для раздачи дѣтямъ, прислала большой стеклянный ящикъ, биткомъ набитый модными въ ту пору вещицами изъ цвѣтной мастики; тамъ были: подвѣсочки, крестики, бусы и прочiя бездѣлушки, а посереди ящика, синяя подушечка съ тремя бѣлыми камеями: одна изъ нихъ была голова императора Александра, другая императрицы, а между ними дѣтская головка, не знаю одной ли изъ маленькихъ умершихъ царевенъ, дочерей императора Александра I, или головка любимца племянника, будущаго наслѣдника престола. Начальница тотъ часъ же одѣлила всѣхъ, а остальное спрятала, чтобы дарить дѣтямъ въ ихъ праздники: во дни рожденiй и имянинъ. Въ мое время царскихъ вещицъ ужь не раздавали, но я видѣла оставленный на память завѣтный стеклянный ларецъ съ синенькой подушечкой и съ полусотнею цвѣтныхъ подвѣсочекъ, бережно уложенныхъ на ватѣ съ какимъ подобострастiемъ мы тѣснились заглянуть на него, когда открывали комодъ начальницы, чтобы достать бисеру, шелку, синели и прочаго припасу для дѣтскихъ работъ! Со временемъ мнѣ прiйдется еще разъ помянуть объ этомъ дорогомъ памятникѣ.

234

ЗАПИСКИ ИНСТИТУТКИ

Въ институтѣ долго вспоминали съ чувствомъ глубокой благодарности ту семейную жизнь, къ которой дѣти были допущены своей молодою Государыней. Послѣ кончины Марiи Ѳедоровны, ставъ главою всѣхъ институтовъ, Царица старалась ихъ ровнять, но Ее все–таки подозрѣвали въ пристрастiи къ Патрiотическому. Доселѣ я разсказывала однѣ преданiя, которыя считались вѣрными, теперь же стану говорить о современномъ мнѣ. Меня везли въ институтъ изъ–за двухъ тысячь верстъ зимой; мы ѣхали, ѣхали, казалось и конца не будетъ нашему странствiю по сугробамъ и вьюгѣ. Лежа въ закрытой повозкѣ бокъ–о–бокъ съ дѣвятилѣтней дѣвочкой, которую мать моя взялась доставить въ тотъ же институтъ, я часто задумывалась надъ тѣмъ, что такое институтъ и какой онъ бываетъ? И надумала не знаю по словамъ ли другихъ, или по своему воображенiю, что институтъ долженъ быть очень большой и важный домъ. Этотъ вопросъ не занималъ моей сосѣдки, она отвѣчала на всѣ мои распросы: — а я почемъ знаю! Хотя мы ѣхали изъ одного города, въ одно и тоже заведенiе и были даже другъ дружкѣ нѣсколько сродни, но дружбы между нами ни прежде, ни послѣ не бывало. Маменьку же я мало распрашивала, замѣтивъ, что она груститъ по мнѣ, а иногда и плачетъ, хотя при этомъ и повторяетъ, что очень счастлива, пристраивая меня въ институтъ. Какой же это институтъ, гдѣ такъ хорошо что всѣ за меня радуются и всѣ меня поздравляютъ, думала я?

235

ЗАПИСКИ ИНСТИТУТКИ

При входѣ начальницы, дѣти поднялись съ мѣстъ своихъ; при словахъ же ея, краска негодованiя вспыхнула на лицахъ, но дѣти удержались отъ шума и слезъ, молча сѣли на мѣста и опустили глаза въ тетради. Начальница подвела Настиньку Рылѣеву къ первой скамьѣ велѣла подвинуться, и посадила ее первою съ начала лавки. Maman ушла, классная дама ожидала взрыва, но дѣвочки сидели молча, изрѣдко мѣняясь другъ съ дружкой взглядомъ или тихимъ словомъ. Прозвонилъ колокольчикъ къ обѣду, дѣти начали становиться по парамъ, но первая лавка не трогалась съ мѣста, потому что никто не хотѣлъ заговорить съ новенькой, и сказать, чтобъ она вышла изъ за лавки и пропустила ихъ идти къ обѣду. Увидя это, классная дама взяла новенькую, поставила ее парою съ одноросткой ея; замѣтя же однако, что та не подавала руки своей, классная дама поставила сама ихъ рука подъ руку, и пошла впередъ, ведя все отдѣленiе. — Несчастная! послышалось сзади, въ видѣ участiя къ той, которую заставили подать руку Настинькѣ. Проходя столовую, мы слышали ото всюду глухiе возгласы: — несчастныя, mesdames! И дѣйствительно, мы считали себя такими: — къ намъ, патрiоткамъ, отдали дочь бунтовщика! Не позорная смерть Рылѣева, но дѣло его клало непроходимую преграду между нами и его дочерью. — Мы обижать ее не станемъ; она не услышитъ отъ насъ попрека или обиднаго слова, рѣшили дѣвицы, — но пусть ее возьмутъ назадъ!

236

ЗАПИСКИ ИНСТИТУТКИ

Вслѣдъ за мировою, начиналось самое сердечное, дружеское обращенiе. Даже затѣвался пиръ, посылали въ лавочку за крымскими яблоками, сливками, сельдями, толокномъ, кислыми щами и пр. доступными карману вещами. Мы были страстныя охотницы до толокна, носили его въ сверточкахъ въ карманѣ, ѣли горстями и угощали подругъ. По случаю толокна, мнѣ припомнился одинъ бѣдовый случай: дѣло было въ классѣ рисованья почтеннаго нашего академика Яковлева, — классъ тихiй и безмятежный; хорошiя рисовальщицы занимались усердно, плохiя же ѣли кусокъ булки, которыя раздавались для стиранья карандаша, или рисовали рожи, узоры; иныя искали квадратуру круга. Самыя отличныя стояли за мольбертами впереди лавокъ и рисовали красками; между ними, у одной оказался сверточекъ толокна, который и пошелъ по рукамъ. Вдругъ входитъ maman и по обычаю, пошла прямо къ мольбертамъ; а у живописецъ рты начинены, сердца бьются и щеки пылаютъ; — вотъ, вотъ заговоритъ! а отвѣчать нельзя, пахнетъ толокномъ! Что свѣчей, что молебновъ наобѣщали! на счастье, явилась кудрявая голова вѣчно улыбающагося профессора, начальница обратилась къ нему, а дѣвицы, крестясь, справились кое–какъ съ бѣдой.

237

ЗАПИСКИ ИНСТИТУТКИ

Дѣвицы считали обязанностью вступаться за честь тѣхъ классныхъ дамъ, которыхъ уважали. Съ горничными были не только ласковы, но даже искательны, потому что въ ихъ волѣ было исполнить то или другое, порученiе; купить сухарей, толокна или селедку. Въ былое время, даже смѣялись надъ выпущенными институтками, что онѣ обращались за столомъ къ лакею со словами: — потрудитесь дать мнѣ квасу. Всѣ дѣти были набожны; ханжей не существовало, но набожность была такъ сказать доморощенная, составившаяся изъ домашнихъ преданiй, влiянiя нѣкоторыхъ дамъ, преимущественно же нашей доброй лазаретной дамы К. И. Р. Обожанiя. Обожанiя наши никогда и никѣмъ не считались предосудительными; для нихъ велись даже свои уложенiя: главнѣйшимъ было то, что старшая не должна обожать меньшую. Иногда обожанiя устраивались втайнѣ и отъ обожаемой и отъ дѣвицъ. Разъ, одной дѣвочкѣ прислали вишень; отложивъ по двѣ горсти себѣ и двумъ подругамъ — дѣлежкамъ, (такъ иногда звали тѣхъ, которыя по добровольному соглашенiю дѣлились гостинцами) дѣвочка стала потчивать дѣтей своего отдѣленiя. Дѣло было въ саду; между дѣтьми ея отдѣленiя замѣшались двѣ чужiя, недавно привезенныя изъ Малороссiи; хохлушечки такъ тоскливо смотрѣли на вишни, что счастливая хозяйка дала имъ по большой горсти ягодъ. Чрезъ мѣсяцъ, разнеслась молва: Ш... обожаютъ N. Какъ, что, почему? маленькiя обожаютъ маленькую же! Какъ это можно? Обожать изъ маленькаго класса считалось предосудительнымъ и унизительнымъ, и какъ узнали объ этомъ?

238

ЗАПИСКИ ИНСТИТУТКИ

Какъ только бывало дѣти заслышатъ о покойникѣ, такъ и начнутъ сходиться кучками и толковать о чемъ то страшномъ, совѣщаться, что́ дѣлать если ночью нападетъ страхъ, и рѣшали тѣмъ, если кто не заснетъ, то долженъ подавать другъ другу голосъ. Это я говорю объ маленькомъ классѣ въ большомъ же стыдились сознаваться въ трусости, или быть можетъ силою воли предолѣвали ее. Иногда, бывало разнесется молва о привидѣнiи, являющемся въ желтой залѣ, которое все ростетъ и ростетъ, потомъ со звономъ разсыпается, а затѣмъ, тухнутъ лампы. Напрасно поясняли дѣтямъ, что видѣли они ламповщика Максима, который, потуша лампу, упалъ съ лѣстницы и перебилъ запасныя стекла. Напрасно самъ Максимъ разсказывалъ о своей бѣдѣ дѣти долго дичились этой залы, въ сумерки же ни за что не рѣшались пройдти по ней. А между тѣмъ, разговоръ о чудесномъ и привиденiяхъ былъ однимъ изъ самыхъ любимыхъ; мастерицы разсказывать говорили съ необыкновеннымъ увлеченiемъ, мѣняли голосъ, вытаращивали глаза, въ самыхъ поразительныхъ мѣстахъ хватали за руку слушательницъ, которыя съ визгомъ разбѣгались въ разныя стороны, но поуспокоясь немного, трусихи возвращались на покинутыя мѣста и съ жадностью дослушивали страшный разсказъ. Между дѣтьми были записныя разсказчицы: однѣ славились тѣмъ, что хорошо пересказывали читанное и слышанное; однѣ по большей части разсказывали о привиденiяхъ, другiя сами сочиняли волшебныя сказки, которыя мы очень любили, но мало по малу стали у насъ являться другiя разсказчицы, возможной дѣйствительности, въ чемъ была неподражаема Машенька М.... уроженка южныхъ губернiй, вся пропитанная прекрасной природой,

239

ЗАПИСКИ ИНСТИТУТКИ

И вотъ классъ рѣшилъ: между уроками церковнаго пѣнiя и чистописанiя, — у дѣдушки Ломана. Всѣ три отдѣленiя большаго класса были въ саду, зазвенѣлъ призывный колокольчнкъ, классная дама объявила: — теперь идемъ пить чай, а послѣ того пѣвицы пойдутъ къ г–ну Макушину, не поющiя же, въ ожиданiи г–на Ломана, займутся въ классахъ приготовленiемъ уроковъ. Какъ бились сердца у дѣвочекъ нашего отдѣленiя и за себя и за другихъ! Мѣста были заранѣе распредѣлены, дѣвочки спрятались по разнымъ уголкамъ въ чащѣ кустовъ. Между тѣмъ, садовыя двери отворились, классная дама во главѣ паръ вышла изъ сада; вдругъ изъ боковой аллеи выбѣжало пять струсившихъ дѣвочекъ, онѣ едва дыша спѣшно примкнули къ подругамъ, — въ саду же остались только двѣ: одна, забившись въ кусты, покоилась и духомъ и тѣломъ. — Я, разсказывала она послѣ, — ни о чемъ не думала, — я только смотрѣла вверхъ на частые листья, на небо, и на какую то птичку, которая чирикала, попрыгивая надо мною; — мнѣ было такъ хорошо, такъ хорошо, какъ въ раю! — И мнѣ также, говорила другая, которая все время радостно проплакала на лужкѣ, прижавшись лицомъ къ молоденькой травкѣ. Этотъ страшный проступокъ, противъ институтскаго закона, остался неузнаннымъ, слѣдовательно, и ненаказаннымъ. О дѣтской дружбѣ, объ уваженiи къ правдѣ, о желанiи учиться, я говорю, какъ о правилѣ съ обычными исключенiями. — Институту болѣе всего вредили дѣвочки подростки, которыхъ достаточные родители подготовляли дома и отдавали въ институтъ не за долго до перехода въ большой классъ. — Дѣвочки эти, выросшiя на рукахъ иностранокъ, знали языки лучше насъ, но въ наукахъ оказывались слабыми и, мало по малу, становились записными лѣнивицами.

240

ЗАПИСКИ ИНСТИТУТКИ

то на жителей ея, достойныхъ резца и кисти Фидiа и Праксителя; то вдругъ обращалъ вниманiе наше на древнiй Египетъ, покрытый пирамидами, гдѣ, между стройными пальмами, покоятся гранитные сфинксы и тускло глядятъ каменными очами на обелиски со священными iероглифами. Одна картина смѣняла другую; едва дыша, слѣдили мы за ними и не замѣчали того, что ораторъ, въ пылу разсказа, дралъ перо, комкалъ и рвалъ тетрадь, или опрокидывалъ чернилицу. Впослѣдствiи, историческiя статьи его, помѣщенныя въ арабескахъ, воскресили въ памяти моей увлекательныя лекцiи Гоголя, мнѣ точно снова слышалась его торопливая рѣчь, неправильный выговоръ, и снова становилась передо мною блѣдная, вертлявая фигура съ огромнымъ свѣтлорусымъ хохломъ, съ искристыми карьими глазами и саркастически подергиваемымъ ртомъ. Расказы Гоголя были сущiя импровизацiи даровитаго поэта, но только тогда, когда поэтъ былъ въ хорошемь расположенiи; если же приходилъ не въ духѣ, то зѣвалъ, говорилъ вяло, не поднимая глазъ, грызъ перо или кончикъ носоваго платка, спрашивалъ слабыхъ, насмѣхался, не досиживая своихъ часовъ, бросалъ урокъ, и уходилъ; иногда, недѣлями не являлся, и ему это спускали, ради Плетнева. Начальница укоризненно говаривала инспектору: