ГОФМАНСКАЯ КАПЛЯ Надъ поличiемъ твоимъ, все одно, чт⌨о надъ слѣдк⌨омъ, либо надъ волосками, коли худой человѣкъ, что худое задумаетъ — сдѣлаетъ. Вотъ у насъ въ Богородскомъ–Уѣздѣ, это при мнѣ было, въ мою память: разъѣзжалъ, видишь ли, какой–то формасонъ, и кто таковъ и откуда взялся, ничего не знаютъ; а формасонъ настоящiй, и въ бѣлой пуховой круглой шляпѣ. Разъѣзжаетъ–себѣ, словно добрый какой, а самъ въ свою вѣру обращаетъ, и много даритъ золотомъ за то, а еще больше сулитъ впередъ. Вотъ кто согласится, того и закабалитъ себѣ, и запишетъ въ книгу свою, а пишетъ онъ, вишь, не по крещеному, — пишетъ отъ стѣны, ровно Татаринъ. |
