ДУРАЧЕК Наткось яичекъ, — вишь какiя желтыя, словно желточекъ!
Нафанка громко захохоталъ и повторилъ: — жел–тень–кiя! потомъ протянулъ еще разъ, и опять засмѣялся.
— Вишь какъ радуется, юродивенькой! пра юродивенькой! жалостливо глядя на мальчика и покачивая головой, шептала про себя Василиса.
Но мальчикъ не столько обрадовался яйцамъ, сколько незнакомому цвѣту и названiю. Всякое новое слово, Нафанка затверживалъ, повторяя его разъ по десяти; иногда забывалъ и, стараясь вспомнить, долго думалъ; и когда слово взбредало ему на умъ, то, не стѣсняясь ни мѣстомъ, ни временемъ, съ радости вдругъ разражался громкимъ хохотомъ. |
