ПИТЕРСКIЕ ЧУХОНЦЫ онъ забываетъ трудъ и горе, живетъ и оживаетъ. Можетъ быть вамъ случалось иногда встрѣтить, по близости кабака или харчевни, такихъ счастливыхъ жильцовъ подлуннаго мiра: они поютъ изо всей мо́чи, сколько можно пѣть тому, кому Богъ не далъ ни тѣни голоса; поютъ всѣ вмѣстѣ, но каждый порознь, каждый по себѣ, и ни одинъ не хочетъ слушать никого, кромѣ себя самого. Пѣсня ихъ скорая, плясовая, очень однообразная, по четыре такта въ колѣнцѣ, и пѣвецъ, выразительно помахивая руками, показываетъ, что ему теперь нѣтъ нужды ни до кого и ни до чего. Этого пѣвца вы можете встрѣтить черезъ нѣсколько часовъ позже въ одноколкѣ за выборгской заставой: завалившись въ ларчикъ этотъ поперегъ тряской оси, свѣсивъ голову и согнувъ колѣни кочергой, онъ спитъ мертвымъ сномъ, блаженствуя въ грезахъ, покуда не придется ему очнуться по ту либо по другую сторону доро́ги, въ канавѣ.
Оканчивая этимъ статейку, я обязанъ однакоже сказать, что чухонъ отнюдь нельзя назвать пьяницами, но напротивъ, народомъ весьма трезвымъ. |
