СВЯТКИ — Да что ты, мать моя, ученый танецъ какой, аль польку дрыгалку неволю я тебя плясать, говорила Анфиса Яковлевна, таща Аннушку за рукавъ: эдакая красавица, да не съумѣетъ бѣлой лебедью пройтись, руками надъ головушкой развести, да честнымъ гостямъ поклониться! Полно, золотая, не спесивься, говорила кума, ставя подлѣ себя робкую дѣвушку, не давая ей опомниться и придерживая ее все еще за рукавъ.
Она запѣла, а за нею и всѣ, отъ мала до велика, подтягивали: |