Кафедра прикладной математики и кибернетики ПетрГУ
 Кафедра русской литературы ПетрГУ
 Российский гуманитарный научный фонд
 Проект «Электронный словарь языка В. И. Даля»
Кафедра прикладной математики и кибернетики ПетрГУ Кафедра русской литературы ПетрГУ Проект выполнен при поддержке РГНФ Проект «Электронный словарь языка В. И. Даля»
 
Толковый словарь Владимира Даля
Введите словоформу для поиска в текстах словарных статей Толкового словаря:
Выберите букву, с которой начинается слоформа:
А Б В Г Д Е Ж З И I К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Ѣ Э Ю Я Ѳ Ѵ
Заголовок словарной статьи
Карточки
Конкордансы
Словарные статьи
Найденные фрагменты произведений:
41

ЗАПИСКИ ИНСТИТУТКИ

Къ сожалѣнiю, намъ недоставало прикладнаго, обиходнаго и житейскаго направленiя, покаянiе и сокрушенiе это было какое то отвлеченное, безъ всякаго сознанiя долга, обязанностей, прямой жизненной цѣли. Горячее чувство безсознательно расплылось въ какомъ то туманѣ: никто не понималъ, къ чему должно стремиться; поученiя и самая исповѣдь наша возносила насъ слишкомъ высоко подъ небеса, даже вовсе унося отъ земли; церковь и вѣра стали одиноко сами по себѣ, а жизнь и бытъ нашъ самъ по себѣ, какъ вещи взаимно несоизмѣримыя. По недостатку времени, батюшка служилъ у насъ рѣдко, но когда назначалъ какое нибудь воскресенье, то дѣти всю недѣлю готовили церковное пѣнiе: для него пѣлись концерты, подмѣчались его любимые напѣвы, и не смотря на трудность выполненiя, достигали его одобрѣнiя. Ему вышивались складчиной къ праздникамъ ковры, скамейки, подушки и прочiя вещи; дѣти сносили рублями и двугривенными, кто по скольку могъ, неимущiя же жертвовали каждой свободной минутой для работы; — и какъ счастливы были всѣ, когда батюшка привѣтливо благодарилъ насъ. Прошли мѣсяцы и годы, насталъ нашъ выпускъ. Батюшка сказалъ, въ присутствiи Царицы, короткую, но великолѣпную проповѣдъ, въ которой сравнивалъ насъ съ любимымъ виноградникомъ Господнимъ, и въ концѣ, благодарилъ Государыню за насъ и велѣлъ намъ пасть передъ Нею на колѣни; въ порывѣ истинной любви и благодарности, мы въ слезахъ упали предъ Царицей, и Она, сама заплакала; послѣ этого, мы еще сильнѣе стали обожать батюшку за то, что онъ такъ хорошо высказалъ то, что было у насъ на сердцѣ. Это чувство къ нему мы и вынесли за порогъ института, но съ нимъ же вмѣстѣ перешагнула тѣнъ двухъ случаевъ: перваго, — нѣсколькихъ словъ съ движенiемъ руки, втораго, — одного только взгляда, который неизгладимо врѣзался въ моей памяти. Оба случая шли въ разрѣзъ съ должнымъ къ нему уваженiемъ.

42

О РУССКОМЪ СЛОВАРѢ

Гл. дѣйствительный, конечно, можно бы отличить отъ прочихъ залоговъ; но, во первыхъ, не понимаю за что такое отличiе одному падежу, когда всякому глаголу присвоено ихъ нѣсколько? И безличные глаголы: меня стошнило, тебя вырвало, правятъ винит. падежемъ, какъ даже и нѣкоторые общiе глаголы на ся: я тебя не боюсь, онъ тебя хватился, не спохватясь ума дѣлаешъ и проч. Во вторыхъ, надо же было сдѣлать, для нашего языка, и ту еще уступку, что дѣйств. гл. иногда замѣняетъ винит. пад. родительнымъ. Въ третьихъ, кличка эта ни къ чему не ведетъ: сущность дѣла — указать, какими падежами и при какомъ случаѣ глаголъ правитъ. Въ четвертыхъ, большая часть среднихъ глаголовъ можетъ быть обращена въ дѣйствительные, лишь бы смыслъ это допускалъ: ходить по воду — выхаживать, въ колесѣ ходить журавля — плясать; глядѣть кого — высматривать, стеречь; смотрѣть коректуру; плакать плачъ; взялся управлять судномъ, да и управилъ его на̀ мель; собака стоѝтъ стойку, я сижу вино, и проч. и проч. Что же касается глаголовъ на ся, то всѣ они, по началу своему, возвратные; а принимаютъ значенiе: взаимныхъ, среднихъ, общихъ, страдательныхъ и даже дѣйствительныхъ, не только по прямому значенiю своему, но и по разуму и обороту речи.

43

О КОЗЬЕМЪ ПУХѢ

Дѣло въ томъ: Тибетскихъ козъ, правда, мы здѣсь невидывали; но онѣ, какъ единогласно утверждаютъ приходящiе сюда Азiатцы, ни чѣмъ не отличаются отъ козъ здѣшнихъ, — чему вполнѣ повѣрить должно, сравнивая пухъ тамошнихъ и здѣшнихъ козъ: нѣтъ ни малѣйшей разности. Здѣшнiя же козы во всемъ почти подобны обыкновеннымъ Русскимъ, домашнимъ козамъ: все, что допустить можно, такъ это то, что здѣшнiя козы составляютъ ни видъ, ни родъ, а развѣ небольшое отродiе, какъ Донская, Киргизская или горская лошадь суть отродiе общей породы конской. Рога у козъ здѣшнихъ имѣютъ обыкновенно нѣсколько меньшую кривизну и взаимно ихъ сближающiй погибъ; переносье болѣе впалое чѣмъ прямое, нижняя губа немного отвислая, шерсть немного гуще, длиннѣе обыкновеннаго, — и вотъ отъ чего туловище можетъ казаться великимъ. Нѣтъ ни какого сомнѣнiя въ томъ, что это та же обще–извѣстная, дворовая коза, которая, въ здѣшней холодной полосѣ, проводя строгую зиму въ буранной степи на подножномъ корму, покрывается на зиму всемогуществомъ благодѣтельной матери природы, — тонкимъ, густымъ и теплымъ подшерсткомъ, изѣстнымъ у насъ подъ именемъ козьяго пуху. Впрочемъ, всѣ примѣты, кромѣ длинной, густой шерсти и пуху, случайны, не существенны и иногда даже едва замѣтны. Но въ Малороссiи, особенно въ степныхъ мѣстахъ, козы даютъ небольшое количество мягкаго какъ лебяжiй пухъ подшерстка, но не въ такомъ количествѣ, а можетъ–быть и не того качества, какъ здѣшнiя, хотя послѣднее еще и не рѣшено.

44

О КАРТѢ ЗАУРАЛЬСКИХЪ СТЕПЕЙ, ИЗДАННОЙ ВЪ БЕРЛИНѢ

Карта издана въ Берлинѣ, а у насъ еще подобной вещи нѣтъ; у насъ все еще ходятъ по рукамъ карты: шестилистовая и Средней Азiи. Но, отдавъ картѣ Циммерманна полную справедливость, какъ произведенiю усидчиваго труда и начитанности, скажемъ напередъ, что хорошая и вѣрная карта Зауральской Степи еще нигдѣ не можетъ быть составлена, тѣмъ менѣе въ Берлинѣ. Карта степи, то–есть карта такого пространства, на которомъ глазу нашему нельзя опознаться по городамъ, селенiямъ и мѣстечкамъ, связаннымъ взаимною сѣтью доро̀гъ и сообщенiй, — это задача трудная, требующая особыхъ соображенiй. Множество сухихъ и мокрыхъ, горькихъ, прѣсныхъ и соленыхъ рѣчекъ, ручьевъ, родниковъ, колодцевъ, ямъ, озеръ и лужицъ — солонцы, грязи, пески, глинистыя суходолья, холмы, бугорки, сырты (*), едва замѣтныя возвышенiя и склоны, изволоки, равнины, овраги, провалы, — наконецъ даже рощица, полдюжины деревьевъ, могила, курганъ, развалившiйся изъ сырца сложенный памятникъ или голубецъ — вотъ все, что̀ встрѣчаетъ глазъ кочеваго обитателя въ степи этой, все, чему дано названiе, а слѣдовательно этими же предметами ограничивается и то, что́ мы можемъ нанести на карту и отъискать на ней.

45

О КАРТѢ ЗАУРАЛЬСКИХЪ СТЕПЕЙ, ИЗДАННОЙ ВЪ БЕРЛИНѢ

Но какимъ образомъ выразить, выказать все это на географической картѣ, ка́къ нанести и внятно обозначить всѣ эти предметы? Для этого по–крайней–мѣрѣ необходимо сочинителю карты знать во всей подробности къ чему, къ какому именно предмету относится каждое названiе; а гдѣ добыть подобныхъ свѣдѣнiй? Далѣе, какая возможность для иностранца распутать нашу доморощенную галиматью искаженныхъ названiй, нарицательныхъ и собственныхъ именъ, сшитыхъ кое–какъ изъ русскихъ и татарскихъ, малоизвѣстнаго въ Европѣ нарѣчiя, словъ? Тау — гора, ташъ — камень, бутакъ — оврагъ, булакъ — ключъ, родникъ, ссу — вода, куль — озеро, кудукъ — колодезь, ссу–атъ — водопой, кумъ — песокъ, каткылъ — глинистый суходолъ, ссуръ — солонецъ, бургасъ — ржавое болото, и множество другихъ общихъ или нарицательныхъ именъ русскихъ, киргизскихъ и даже монгольскихъ или калмыцкихъ, переходятъ съ карты на карту подъ видомъ именъ собственныхъ; невыразимыя европейскими азбуками, непроизносимыя для заграничныхъ устъ и гортани слова̀, бываютъ всегда искажены, подмѣнены другими, схожими, или переиначены до того, что ихъ узнать невозможно; самые незначительные предметы, которые, по размѣру своему,

46

О КАРТѢ ЗАУРАЛЬСКИХЪ СТЕПЕЙ, ИЗДАННОЙ ВЪ БЕРЛИНѢ

хочетъ также показать иностранцамъ, что труды ихъ цѣнятся и уважаются у насъ, особенно если они касаются нашего отечества, а трудъ Циммермана сто́итъ того, чтобъ его разсмотрѣть поближе, не довольствуясь отзывомъ въ общихъ выраженiяхъ, безъ всякаго разбора и критической оцѣнки. Напередъ всего спрошу: можно ли, при составленiи карты степи, пустыни, принять за основанiе одни и тѣ же общiя правила, которыми руководствуются при составленiи карты жилыхъ, осѣдлыхъ мѣстъ? Если я раскину карту русскихъ губернiй, то знаю уже, что́ именно означаютъ всѣ имена и названiя; я не только вижу, гдѣ рѣка и гдѣ городъ, но по однимъ принятымъ знакамъ вижу гдѣ городъ столичный, губернскiй, уѣздный, село, ямъ, деревня — словомъ, знаю куда и чему принадлежитъ названiе, что́ именно оно означаетъ. Не то бываетъ съ нашими картами степи; тамъ дѣло иное: мы подчасъ глядимъ на нихъ, какъ на китайскiя письмена, и не знаемъ, что̀ такое передъ нами: цѣлый листъ исписанъ варварскими названiями — и только.

47

О КАРТѢ ЗАУРАЛЬСКИХЪ СТЕПЕЙ, ИЗДАННОЙ ВЪ БЕРЛИНѢ

т. е. два вовсе отличные вида степной лисы; что арбузы (а не карбузы) и дыни растутъ прекрасно около Оренбурга и даже Омска, десять градусовъ сѣвернѣе того, гдѣ они показаны на картѣ что dynie та же самая дыня, которую сочинитель назвалъ уже разъ melone; что нѣтъ никакой причины приписывать Туркменской Степи въ особенности огурцы, cucumber (?) и просо, и прочее и прочее; — всего этого изъ лаконической надписи видѣть нельзя, а можетъ она или ввести незнающаго въ смѣшныя ошибки, или заставить знающаго улыбнуться на–счетъ этой неумѣстной и неудачной нѣмецкой аккуратности, съ которою размѣщены на картѣ безтолковыя и невѣрныя свѣдѣнiя. Окончательно пользуюсь случаемъ, чтобъ сказать нѣсколько словъ, относящихся къ разсматриваемому нами предмету. Произношенiе Кайсаковъ или Киргизовъ, говорящихъ нарѣчiемъ турецкаго языка, отличается не только отъ турецкаго, но и отъ татарскаго, употребительнаго въ губернiи. Спрашивается: чему придерживаться намъ въ правописанiи собственныхъ именъ и названiй за–уральской степи — турецкому ли произношенiю, мѣстному татарскому, или просто киргизскому?

48

ОБЩЕЖИТIЕ И СОЖИТЕЛЬСТВО ЖИВОТНЫХ

ракъ нашъ смѣло подкрадывается подъ добычу свою. Наконецъ упомянемъ, что всѣ почти киты покрыты бываютъ живорослями (Tubicinella, Diadema, Coronula). Живоросли эти въ молодости своей свободны, а присаживаются уже впослѣдствiи, и при томъ, по выбору природы своей, на китахъ разныхъ видовъ. Большой ледовитый китъ (Mysticetus), не носитъ на себѣ живорослей, что служило примѣтою уже для китолововъ XII–го вѣка, чему свидѣтельствуютъ дошедшiе до насъ писменные памятники.

49

РОДСТВО И СЛУЖБА

Такъ и сталось. Срубилъ Степанъ избу, обзавелся хозяйствомъ, женился и жилъ себѣ не хуже братьевъ. Парень онъ умный, этимъ Богъ не обидѣлъ; душа въ немъ добрая, распорядокъ дать умѣетъ вездѣ, потому что наглядѣлся на всякую всячину, перебывалъ во всѣхъ концахъ матушки Россiи, видѣлъ и замѣчалъ, что къ чему и какъ гдѣ дѣлается. Народъ видитъ, что Степанъ Ворошилинъ худаго изъ службы не вынесъ; всякiй совѣтъ

50

СОКОЛИНАЯ ОХОТА

Въ былое время соколиная охота по всей Европѣ звалась княжескою и считалась самою благородною забавой высшаго дворянства. Дорого платили за хорошо выношеную ловчую птицу и разорялись на содержанье соколятниковъ, скаковыхъ коней и соколовъ. И наши князья держивали охоту эту, чему памятью служатъ: придворный санъ сокольничьяго,