ПАВЕЛЪ АЛЕКСѢЕВИЧЪ ИГРИВЫЙ (ПОВѢСТЬ) Лѣтъ тому двадцать–пять, въ сельцѣ Подстойномъ, помѣщичья семья сидѣла за вечернимъ самоваромъ и съ нетерпѣнiемъ ждала кого–то. Живой и плотный, бѣлокурый старикъ, въ долгополомъ домашнемъ сюртукѣ, съ огромными усами, съ большими, но безсмысленными сѣрыми глазами, съ отставными военными ухватками и молодечествомъ, похаживалъ взадъ и впередъ, то останавливался у открытаго окна, глядѣлъ и прислушивался, то посматривалъ на стѣнные часы съ двумя розочками и двумя незабудками по угламъ, и наконецъ, продувая трубку свою, сказалъ: Нѣтъ ужь видно, я говорю, сегодня не будетъ. |
