ПАВЕЛЪ АЛЕКСѢЕВИЧЪ ИГРИВЫЙ (ПОВѢСТЬ) Не прогнѣвайся, батюшка, кормилецъ нашъ говорила старуха: я къ тебѣ, все къ тебѣ да къ Богу, больше не къ кому, самъ знаешь: ну, что же я стану дѣлать съ барышней своей (она Любашу все еще звала барышней и никакъ не хотѣла отстать отъ этой долголѣтней привычки)? ну, вѣдь сохнетъ, моя голубушка, какъ вотъ цвѣтъ на стеблѣ....
— Говори, говори, Тимоѳеевна, что такое? |