ВДОВЕЦЪ Остапу и Семенчуку объявилъ онъ, при стороннихъ людяхъ, что такъ дѣлать негодится, и коли–де, храни Богъ, застанетъ ихъ у себя, то искалѣчитъ, а не то и убьетъ. Сердце на острастку мѣры не знаетъ; отстаивая дочерей своихъ, сиротъ, которыхъ любилъ и берегъ пуще глазу, Охримъ наговорилъ много и лишняго, только бы запугать парней и отвадить ихъ отъ дома.
Такъ на этомъ свѣтѣ все всупоръ идетъ: одному бы хотѣлось та̀къ, а другому надо иначе; одинъ за порогъ, а другой поперегъ — а поглядишь, оба правы. Помнить бы намъ это, осуждая другихъ! |
