САВЕЛIЙ ГРАБЪ, ИЛИ ДВОЙНИКЪ Сергѣй Сергѣевичъ, правда, поблагодарилъ бы насъ въ душѣ своей, но не вслухъ, этого онъ не смѣетъ — еслибы мы остались и заняли его еще до вечера, покуда вся тревога и суматоха эта кончится и Степанида Ѳоминишна порѣшитъ, хотя отчасти, всѣ розыски и слѣдствiя о битыхъ тарелкахъ и графинныхъ пробкахъ — но какъ все это для насъ уже вовсе не занимательно, а Сергѣю Сергѣевичу надобно же привыкать понемногу къ домашнему своему житью–бытью, то мы и подсядемъ въ ранжевую карету, гдѣ рядкомъ усѣлась чета Бублинскихъ, между тѣмъ какъ Василько пропалъ изъ Шпиговки безъ вѣсти уже съ расвѣтомъ, когда другiе только–что укладывались и засыпа̀ли. |
