ПАВЕЛЪ АЛЕКСѢЕВИЧЪ ИГРИВЫЙ (ПОВѢСТЬ) Бѣдный староста стоялъ блѣдный, разстроенный, тпрукалъ, почесывалъ у себя затылокъ, оглядывался, тужилъ и горевалъ, между–тѣмъ, какъ лошадь храпѣла, дрожала всѣмъ тѣломъ, оглядывалась и рвалась то въ бокъ, то въ сторону. Народъ стоялъ молча, то перешептываясь между собою, то опять поглядывая на страшное зрѣлище, и ждалъ, чѣмъ все это кончится. |