КОЛДУНЬЯ Помаленьку образумились Маркелъ съ Гаранькой, перекрестились; отецъ благословилъ сына, вышли на дворъ и сѣли въ сани — а кони съ мѣста не йдутъ, хоть что хочешь дѣлай, храпятъ, прядутъ ушами, да пятятся; а сами въ поту стали, ровно кто ихъ взмылилъ. Стали понукать, хлеснули кнутомъ, дернули кони — за́вертки пополамъ, гужи на́–четверо! Вотъ какъ! |