СОЛДАТСКIЙ ПОРТРЕТЪ. ПЕРЕВОДЪ СЪ УКРАИНСКАГО В. ЛУГАНСКАГО Такъ вотъ какой у насъ былъ непутный маляръ; да, да, да! теперь вотъ только вспомнилъ какъ его звали: Кузьмою, а по батюшкѣ Трофимовичемъ. Какъ теперь на него гляжу: въ синемъ камзолѣ, въ крашенинныхъ широкихъ шароварахъ, палатянковымъ поясомъ брюхо подпоясано, а сверху китайчатый кафтанчикъ; на шеѣ, по бѣлому во̀роту, бумажный красный платокъ, конёвьи сапоги, съ подковами; волосы черные, подъ чубъ подстриженные, а усы рыжеватые, густые, да длинные; не больно часто брился, видите, такъ борода всегда какъ щетка была; вина — не употреблялъ, такъ чтобъ черезъ край; а коли съ прiятелями, въ компанiи гдѣ трафилося, такъ таки не проливалъ его; ладно бывало поетъ на крылосѣ и гласы зналъ; частенько, бывало, объ него спотыкался таки вотъ и панъ Афанасiй, дьякъ нашъ; только ужь окаянный табакъ этотъ, такъ нюхалъ, что не то что! хлѣба святаго ѣсть не станетъ, а безъ по̀гани этой жить не можетъ! былъ себѣ и дороденъ, и пузатъ порядкомъ; а родомъ, коли кто слышалъ, изъ Борисовки, Курской губернiи. |
