ИВАНЪ НЕПОМНЯЩIЙ Прихвативъ на подъемѣ гривки, мы вскорѣ очутились на плоской возвышенности, гдѣ сумерки казались немного–порѣже и полумракъ выказывалъ намъ въ отдаленiи гористую и, какъ казалось по очеркамъ, частью лѣсистую, а частью каменистую полосу, къ которой таинственный вожакъ нашъ, въ буромъ башлыкѣ и папахѣ, протянулъ руку: онъ указывалъ на отдаленный раздолъ, куда намъ лежалъ путь. |