ДВА ЛЕЙТЕНАНТА Зато Иванъ Васильевичъ, кромѣ морскаго устава, не признавалъ надъ собою ни какихъ законовъ, ни божескихъ, ни человѣческихъ, а исполняя уставъ, заканчивалъ этимъ всѣ расчеты свои по–обязанностямъ къ Богу, государю и ближнему. Все остальное было его, во всемъ была его воля, и онъ дѣлалъ, что хотѣлъ, ничѣмъ не стѣсняясь. |