ЯНВАРЬ А Гришка сидитъ у Никиты, отогрѣлся, поѣлъ горячаго, и ужъ выпилъ, и ведетъ такiя рѣчи:
— Вы–де братцы, какъ знаете, такъ меня теперь и кройте, чтобъ я при васъ цѣлъ былъ и сохраненъ; нынѣ такая стужа, что волка изъ лѣсу выживаетъ, а ужъ я туда не пойду, нѣтъ моей мочи; а коли накроютъ меня, по несмотрѣнiю, либо потачкѣ вашей, такъ будетъ вотъ что̀: напередъ я всѣхъ васъ выдамъ, до одного, что вы меня крыли, и всѣхъ заберутъ въ острогъ, а тамъ, какъ только вырвусь, то такъ вотъ и запалю село со всѣхъ четырехъ концовъ. |
